Ответить

Хотят познакомиться в Кемеровской области:
 Александр ГОРДЕЕВ. "Вещая струна", Сборник стихов

Терник
24 февраля 2011 15:44
Сообщение #1


Приезжий
  • 17

Репутация: --
Группа: Гости
Сообщений: 0
Регистрация: --
ICQ:--
Челнок

Рельсы. Шпалы. Путь - дорога.
Хлопнет дверью проводник,
Подыши, родимый, смогом,
Потащись, соплями - шмыг.

Рельсы. Шпалы. Путь - дорога.
Полка скрипнет. Жидкий чай.
Поскучай часок и - с Богом...
Ты приехал. Вылезай.

А теперь, как тот верблюд,
При товар - тебя там ждут.
- Подзатарился немного. -
Рельсы...
Шпалы...
Путь - дорога...

Искатель

Он искал форпост совершенства,
Скрёбся в ворота познаний ногтями
Вкушая плоды благоденства
Не чурался божественными дарами.
Он частица звука планетного
Он в созвездии таинства знания
Он хранитель богатства несметного
На великих путях созидания.

***
Не трогай лики моих богов,
Ведь без надежды труднее жить,
Зачем твой бред из постыдных слов,
Что даже в карцере можно жить
И коротать эдак жалкий век,
В глазах вселенной соринкой стать,
Позорить гордое "человек"
И, словно вша, чью - то плешь чесать.
Не трогай лики моих богов
Они мой выход к началу дня,
И стынет в жилах порою кровь,
Что кто - то там ещё за меня.


Мечтатель

"Мне бы солнышка кусок вместо печки,
Мне бы денежный станок на крылечке,
Холодильник, чтоб мороженое делал
И будильник, по-английски чтобы пел он.

Мне б перину на воздушной подушке
И машину, чтоб скакала лягушкой,
Мне бы стол, мне бы стул, мне бы койку..." -
Он мечтал, разгребая помойку.

***
Он жил в подвале с давних пор,
Людьми забытый гражданин
Бичара, пьяница и вор
Забытый всеми блудный сын
Что жизнь его лишь звук пустой,
Как жутко быть ему собой.

Красатуля

Куда деваться, красатуля ?
Одна нога того, - ходуля,
Другая - так себе - кривая,
Но я влюблён. Почти у края...

Взгляну лишь только в эти глазки,
Меня трясёт, как в дикой пляске,
Иль как от двести двадцать вольт,
Или когда у морды "кольт".

Но это только возбуждает,
Порывы чувств, дремавших раньше.
Лишь рот откроет и залает,
И в гласе том не слышно фальши.

О, зарубежная конфетка!
Ты для меня - как тигру клетка.
В Европу умотаешь скоро,
А я подохну у забора.

Иль нет, я лучше заболею,
Слезами окроплю аллею,
На зло тебе найду другую,
Совсем кривую и косую.

Страшная история

Пройдёт человек незамеченный,
Улыбкою женской не встреченный,
Друзьями ни раз не обруганный,
Врагами не битый, не пуганный.
Пройдёт, никому не мешая,
Не руша, не создавая.


Моё второе "я"

Хрустят купюры в чужих кошельках,
Висят гравюры в чужих помещеньях,
А у меня вон там Фейербах
Застыл на полке столетнею тенью.
Его, конечно же, я не читал,
А по - мещански о злате мечтал.
Такая моя уж дурная натура,
Всё что блестит манит тайной Капура.
Стоят ещё Гашек и Хейли, и Чейз,
А мне бы машину какую и кейс...
Проснулся: "О, боже, моё подсознанье".
С ним в споры вступать испарилось желанье.

* * *
Не злись, когда приходит злость,
Вбивая в нервы ржавый гвоздь.
Не злись, когда доводит кто - то,
Уж пусть они идут... в "болото".


Палата № 9

В девятой палате больничный уют:
Больничные лица от скуки жуют,
А после идут процедуры лежанья
С частичной потерей больного сознанья.
В девятой палате оконное солнце,
Четыре стены и один потолок,
Там вера с надеждой раз в день выдаётся
И трижды в столовой больничный паёк.


* * *
Хватит.
Точка.
Надоело.
Что я тёпнутый Отелло?
Не пойду к тебе и точка.
Раз я пень - тогда ты бочка.
Раз я дурень - ты диградка.
Я спокоен, хоть и гадко.
Ах, ты с Колькой говоришь.
Ну, уж нет. Ему - то "Шишь!"
Помирюсь. Иду и баста.
Лапу пусть сосёт ушастый.


* * *
Верблюд увидел отраженье
И плюнул в реку разозлясь...
Не вынес бедный потрясенья,
Увидев там такую мразь.


* * *
Ну, что ты, чайка, всё кричишь,
Вонзаясь в воду с верхотуры,
И разбиваешь утра тишь,
И гладь речную из пурпура?

Ты погляди, рассвет какой!
Зачем его ты нарушаешь?
Спустись с небес, побудь со мной,
Бери улов мой, коль желаешь.


* * *
Отупев от состоянья невесомости,
В вечном кайфе, а не в напряжении
На "игле сидит" у края пропасти
Человек, а может отражение.

От него ушли заботы в сторону.
Забытьё и сладость эти временны.
Как над падалью кружатся вороны,
Так над наркоманом злые демоны.

Эра погружается в безумие,
Род людской тихонько вырождается,
Крест поставлен на благоразумии
Светлых глаз всё меньше попадается.

Эпидемия скосила, что лелеяли,
Не спасёт пришествие Спасителя,
Сами пожинаем, что посеяли
Подворотни, общество, родители.


* * *
Великий дух во мне таится.
Он где-то там - на самом дне.
В цепях он бьётся синей птицей,
Горя на медленном огне.

Мой дух летает в поднебесье,
В коровке божьей, в роднике,
В цветке, в росинке, в тёмном лесе,
В большом и малом пустяке.


* * *
Эх, Россия - мать честная,
Всё ухабы да пеньки,
От собачьего здесь лая
Сам завоешь от тоски.
Толь погода никакая,
Толь в душе не климатит,
Толь подруги не хватает,
То ли сердце барахлит ?
Слух мой скверну поглощает,
Не вещают больше сны.
Эх, Россия, мать честная,
Поддержал бы кто штаны.
Бьюсь о стены лбом бараньим
И на гору грудью пру,
Всходом вылез больно ранним -
Никому не по нутру.
Что поделать. Знать дорога
Предначертана судьбой.
Эх, Россия, как мне плохо,
Нет консенсуса с тобой!

Любовь зла
Твои мысли далеко от нашего города,
Я в твою карту жизни не вставлен.
Моя спесь туманностью полита,
Моё счастье - я ему не представлен.
Неужели девушек нет других,
Зачем мне собака на сене,
Надоело думать за двоих,
Езжай к чёрту, я не ударю по вене.


Амнезия

В прокуренной комнате на полу, как бомжара,
Груды бутылок напоминают склад.
От меня прёт мелодией перегара,
Нахрюкался, падла, как последний гад.
Ну и рожа в зеркале отражается,
Никак у него был бульдогом отец,
В полумраке женщина одевается,
Говорит: "Прощай, нашим встречам конец".
Да вали ты, без тебя тошно,
День прожить - тяжело, сложно,
А жизнь, это как по минному полю -
Умирать буду, и то в реке алкоголя.
Беспросветность кажется будничной,
Что это было? Недельный запой?
Ничего не помнить - дело не шуточное.
В какой стране, зачем я и кто я такой?...

Объявление

Ищу работу по совместительству нянею,
Детям до шестнадцати не звонить,
Не звонить, кто выбрал плохую компанию
И кто бросил недавно пить.
Не звонить особям мужского рода
И старушкам в бальзаковском возрасте.
Я няня со стажем двадцати одного года,
Полон сил, энергии, бодрости,
Специализируюсь по массажу и процедурам,
Согласен на любую халтуру,
Женщин до тридцати пяти
От одиночества обязуюсь спасти.

Непредсказуемый

Жена и тёща в оборот взяли,
В два голоса иерехоновы трубы:
На вокзале, мол, меня подобрали,
Одели, обули, дали сигару в зубы.
А я, видите ли, неблагодарный,
Как себя бездельник веду -
Весь день за стойкою барной,
Мол я пьяница и куда я иду
До того меня крепко прижали -
Ну ни пикнуть и ни вздохнуть.
Они оправданий, видимо ждали,
А мне так захотелось зевнуть
И глаза закрылись устало
Я заснул. Да я отпрыск вокзала
Пьяница, лодырь и разгильдяй,
А проблема какая? Ну не подбирай.

* * *
Семейная ссора - купание в корыте с помоями.
За ставнями и стенами другим не слышно.
Два взрослых человека станут изгоями,
А кто виноват, что всё так вышло?!
Любили ведь, клялись в верности
Быть неразлучными даже в бедности,
В час великой радости и в звёздный час.
Смотрю на них - и так боюсь за нас.


* * *
Ты что уставился в газету
Иль делать нечего совсем ?
Сидишь, смакуешь сигарету,
Тебе ль до мировых проблем.
Ну что прочёл ? Воюют снова ?
Вот кашалоты, что не жить -
Была б у каждого корова,
Им было б некогда дурить.

* * *
Безымянная правда на нерве судьбы,
Бездыханное слово озверевшей толпы.
Не в злобе наша сила,
На арапа не взять.
На Руси это было,
Русь умом не понять.
Богатырского духа
Не нанюхалась Русь.
В танке тошно и глухо,
За любовь помолюсь.
Улыбнусь сволочам,
Если что - промолчу,
Пусть изводится хам,
Пулю в лоб не пущу.
За него богу свечку
Мне поставить дано,
Злобы бурную речку
Закатаю в руно.
Хамства нож заострённый
В посеребряну нить
Превратить, переделать
И о прошлом забыть.

* * *
Бурлаками реки поутыканы,
Босыми ногами топчут грязь,
За грешников молятся святые Никоны,
Победу празднует тьмы страшный князь.
Войска полупьяны, кони стреножены,
А кто-то в опочевальне завис,
Юродивый лыбится, рот перекошенный,
А бог с состраданием смотрит вниз.
И видится богу большое судилище,
И каждый третий в крови по бровь,
Прелюбодей закинул удилище,
Порочная в венах пульсирует кровь.
Продажные шкуры крестами помечены,
А кто-то маму свою продал.
Походят ликом на псов диких, бешенных,
Бог в этих созданьях людей не признал.


Непризнанные

И, кажется, что небыль возвращается.
И, кажется, что быль не так реальна.
Куда - то дни уносятся, кончаются,
А с ними исчезает смысла тайна.
Вокруг меня непознанные люди,
У каждого дорога небывалая.
И Бог меня за мысли не осудит.
Что до дорог мне тех, коль так устану я.
Зачем мне их проблемы, ощущения,
Видения о значимости всуе.
И нет от них, родименьких, спасения -
Они назойливо часы мои воруют.
А что же я? Безропотно барахтаюсь,
И исполняю прихоти непризнанных,
Как в первый раз к жене под вечер сватаюсь:
Впусти меня, узнай, я - твой единственный.
И лишь она меня поймёт, моя Наташенька,
Поймёт, как трудно мне, как сердцу холодно.
Все гении. А тут живёшь букашенькой,
И ищешь свет и правду в муках Воланда.


* * *
Сколько слов на разных языках
Тёплых, словно губ прикосновенье.
Так за что, за что же в дураках
Наше с вами ходит поколенье?

Сколько песен спето о любви,
Сколько их ещё людьми споётся,
Так за что взмешали на крови
Всё, что свято и не продаётся?!

* * *
Белокаменная Русь, белотынная,
Как и прежде, твоя грусть "всё былинная",
Образами да иконами хранимая,
Без совета мудрецов окрестимая
И отправлена босой в путь - дороженьку
С подаянною сумой, ну и дожили!
На кой ляд нам всё заморское, русичам?
Где ж вы, угличи? Вы уж прусичи.
Стольный Киев - град во чужой земле,
Богатырский дух - на Поклон - горе,
Илья Муромец, поднимись, родной,
То калики, святы люди у твоих ворот,
Пришло время встать за честь горой,
За честь русскую и за свой народ.
Белокаменная Русь, белостенная,
Понатыкано домов выше куполов,
Вдоль границ своих - суверенная,
Только нет для радости ни причин, ни слов.


Апрель

Уже апрель - весна Жар - птица.
Ручьи задиристо ворчат.
И тучка первая, как львица,
С небес бросает томный взгляд.
Кому апрель несёт богатство,
Кому удачи целый воз...
Царит невиданное братство
Среди волков и диких коз.
Рождён в апреле - значит воин.
Ты смел, но это не порок.
Прекрасных качеств удостоен,
И значит в жизни ты игрок.

* * *
Лежу на печке и не слезу.
Всё надоело до зарезу.
О добры люди, что хотите?
Идите с богом, не будите.

Что вам от Ваньки - дурака?
Он в трансе, давит косяка.
Вы не ломитесь в его сени,
Да я дурак, мне всё до Фени.

Коль ваша жизнь - живите сами,
Что ж в печку долбитесь рогами?
Вон как? Учить меня собрались!
Достали "во"... Вот докопались...

Лежу на печке и не слезу,
Всё надоело до зарезу...


* * *

Я видел свет всего на миг,
К нему я руки протянул.
Души порыв, беспечный крик,
Уста без спроса разомкнул.
Я видел свет, его уж нет.
А я по-прежнему беспечен.
И наплевать, что стар и сед,
Зато ребёнок в сердце вечен.


Молитва

К стопам твоим всю кротость, нежность
И пыл сердечных юных лет...
Любовь отдам и безмятежность
За покровительство планет.
Где заповеданность - мгновенье
И вечный таинства оплот,
Священный образ поколенья
Хранит дословный перевод.
Молю тебя, о многоликий,
Помилуй грешных и прости.
О величайший средь великих,
На волю душу отпусти!
Оставь нетронутой безбрежность,
Открой невидящим пути.
Благослови людей на нежность,
Идущим помоги идти.

Новоселье
Ничто не вечно под луной,
А что в подлунном мире ?
Вот мы стоим вдвоём с тобой
В ободранной квартире.
Кошмар и явь, мечта и сон
Сплелись здесь воедино...
Пойдём, подышим на балкон,
А то мутит картина.

Начать сначала

- Верните молодость и зубы,
Верните мне мой страх и риск,
И заколоченные клубы,
И чтоб повсюду детский визг.
Верните балалайку деда,
Брюзжанье и умов разброд,
Я снова на Кавказ поеду,
Чтоб жизнь начать с больших высот, -
Так думал дед Егор намедни,
В селе оставшийся один.
Вчера забили дом соседний -
Уехал в город друг Устин.
- А я уж стар, куда переться
И с городскими мне не спеться.
Иль взять рискнуть - начать сначала,
Ведь девяносто лет... так мало!

Из цикла "Головная боль"

Чёрный парус мой попутчик,
Чёрный мерин мой сосед.
В петлю лезть - упёрли стульчик,
На семь бед один ответ...
Утро, право ж мудренее.
Вот проснулся - всё путём:
Парус сделался белее,
Мерин, чудо! - стал конём.
Лишь петля глядит уныло.
Было так?
Неужто было?!

Советчик

Меньше пить.
- А чем заняться?
Меньше есть.
- А как же жить?
Меньше думать.
- Рад стараться!
Меньше с женщинами быть.
- Ну, загнул! Ведь это ж, братцы,
Ни в какой не влезет таз.
Сердце вон открыло танцы,
Нет, уволь. Уж здесь я пас.
Брошу пить, курить не буду,
Перестану часто жрать,
А за женщин ты, Иуда,
Не цепляйся... твою мать.

* * *
Покаянья мне не обресть,
Потому что приемлю лесть.
Вроде мелочь, а злюсь порой,
Потому как в душе пустой,
Потому как с обидой на ты,
Дело делаю - рушу мосты.
Свет в окне для меня словно мрак,
Всё не так... всё не так.

* * *
Я возгордился чрезмерно,
Нос задрал нешуточно,
Ни дать ни взять - Пётр Первый,
Одетый со вкусом, но буднично.
Я знаю, были в роду цари
И фамилия моя царская.
Лишь подсознанье кричит: "Не ври!
У тебя все повадки барские,
Любишь шик, размах и мебель дубовую
И чтоб всегда и везде на всё готовое".


Крутая отмазка

Ты узнала, что я изменил,
Случайно застала в постели.
Ох и вопль пространство пронзил.
Ну что тут такого, в самом деле?
Чего ты не видела наготу?
Да, я ошибся, раздел не ту.
Я виноват что ли, что свет отключили,
Что формы другой на твои походили,
А именем её я не интересовался.
Ну что тут такого ? Ну обознался

* * *
Вроде морда, как морда,
А не любит никто.
Ну не первого сорта,
Нос большой, ну и что?
Уши тоже пустяк,
Под причёской не видно.
Зато гавкаю как,
Аж собакам завидно.


Судьба

Присосалась, задохнуться в два счёта,
Трудная это работа - целоваться с девственницей,
Всё равно, что вниз головой по ступенькам
лестницы.
А как она будет себя вести в постели?
Свадьба на той неделе,
Ещё есть время подумать, неправда ли?
Но какие формы! А это главное.
Отказаться от попытки овладеть необъятным?
Меня погубит жадность. Я очень жадный.
Я метр, пятьдесят, она - метр, девяносто,
А жизнь такая! А кому просто?!

* * *
Между небом и землёй расстояние взгляда,
Расстояние вечности в процессе рассуждений,
Кто не рассуждал - не ждал звездопада,
А делал дела в садах скоротечности.
Заумные дебаты по правам комаров
Заводили умники и умницы,
В окружении чопорных слов
Правда на вертеле крутится.
Мир словесной немощностью страдал,
Тужился, шарик едва не упал.
А люди, твёрдо стоящие на земле
Понастроили замков и кораблей.
Им было под силу сгорать - но творить
И они вряд ли знали, как стоит жить.

Я

Каждый якает в меру сил,
Каждый хочет что - то из себя представлять.
Я майку наизнанку носил:
Так я выражал своё "наплевать"
Моё "я" очень ранимо,
Ни потому ли, что ещё молодо.
Я майку наизнанку носил
И мне пытались обстричь бороду.
Моё "я" протестовало на тротуаре,
Сидя в металлическом прикиде.
Теперь мы с чувой протестуем в паре,
Наше "я" на весь мир в обиде.
Но таких придурков как мы
Раз, два, да и обчёлся,
Наше "я" ищет выход из тьмы
И чего - нибудь точно добьётся.

И такое бывает
Я работал в среде стукачей,
Каждый шаг был под контролем.
Мне говорили с кем пей, с кем не смей,
Под каким кустом можешь сесть, в каком поле.
Я жил в доме, где много старушек,
Они продавали меня моей жене.
Теперь я на Эвересте, мне скучно,
Ни одного стукача в этой горной стране.

***
Зима. Неужто, повезло
Увидеть твой прощальный взгляд.
С плохой приметой унесло,
Капель звучит на новый лад.
Проводим грозную красу -
Царицу вьюг и снежных гор,
На поцелуе унесу
Её мозайчатый узор.
Встречая новый день, сорву
Луча улыбку как цветок.
Весна сегодня на плаву,
Она мой избранный игрок.
Весна - попутчица Амура,
Весна - деятельница грёз.
Не той поступью аллюра
Парнас по небу тебя нёс.
Весна пьянит кагором словно
И ароматом жухлых трав.
Весна и в восемьдесят клёво,
Коль ты Рокфеллер или граф.

Трус
Я трус, мне страшно в этом мире,
Я тени собственной боюсь
И шороха в своей квартире...
На койке ночью в муках бьюсь,
А вдруг я ночью задохнусь.
И вот меня уже не стало,
Лежу в гробу и то трясусь.

Недотрога

Не тронь меня - я недотрога.
Не лапай грязною рукой.
Средь тёмных вас мне очень плохо
Быть просвещённою такой.
У вас мужицкие замашки,
Всё норовите ущипнуть.
Хоть ты и в норковой фуражке,
Не дам себя я обмануть.
Пускай состарюсь юной девой
И опояшусь сединой...
Коль быть предложат королевой,
То стану чьей - нибудь женой.

* * *
Что ты несёшь? Улыбку малыша,
Жар юноши в сумбуре ярких грёз,
Любовь и веру, на чём зиждется душа,
Или озлобленность и ярости мороз?
Что ты даёшь? Учёные труды,
Мосты и здания, иль всем нам нужный хлеб?
Что ищешь? Свет негаснущей звезды?
Куда бежишь? Зачем? В какую степь?
Как мы похожи. В нас добро и зло
И победившее начало жнёт плоды.
Коль зол ты, то тебе не повезло,
Твой путь в огне, в войне и ждёт беды.
А доброму и творческому в нас
Всегда везде почёт или любовь.
Закрой глаза, открой свой третий глаз
И посмотри, как счастье подросло.


* * *
В твоих глазах воды набрать,
В твоих глазах утопнуть можно,
Их можно только возжелать,
Но приближаться осторожно.
Коснуться губ и обомлеть,
Они в ночи благоухают,
Пред ними роза, словно плеть
Висит и с зависти страдает.
А нежность рук твоих не сон,
А молчаливое блаженство.
Парик твой до чего ж смешон.
Зачем ? Сними, о совершенство.
Хочу увидеть прядь волос -
Рожь нивы, что так колосится.
А что, там лысина?! Ну брось!
Вот подфартило то влюбиться...

***
Кто - то исчез в керосиновом свете,
Кто - то уйдёт на заре,
Кто - то споёт у края планеты,
А кто - то на птичьем крыле.
Нож или вилка, кажется странным,
Что не забывается сон.
Время пророчит быть вечно пьяным
Небыль идёт на поклон.
Белые лица, чёрные рамки,
Траур ведёт на след,
Рушит рука хрустальные замки
И строит, порой, туалет.
Только спокойно, медведи в спячке,
А нищий опять с сумой.
Только спокойно, нет шума без драчки.
Что жизнь без бухла - застой.


***
Жизнь, она такая штука,
Закружит - куда бежать.
Кто - то кинется в науку,
Кто - то петь, кто танцевать,
Кто - то будет веселиться
На Багамских островах,
А кому - то так и снится -
Он нигде не при делах.
А кому - то всё от бога -
Мастерство, душа и ум
И прекрасная дорога,
А вокруг знакомый шум
Заводской. И всюду люди
Улыбаются в ответ.
Эх, а разве так вот будет?
Было так! А разве нет?

* * *
Настанет день, когда мне будет всё равно
И, оглянувшись на свой бледный след,
Мне станет и обидно и смешно,
Как я бездарно прожил столько лет.
Настанет день, когда оплачены долги,
Когда огонь любви загашен сном,
Когда когда-то бывшие враги
Кряхтя и кашляя, уж шаркают с трудом.
Настанет день, и скажут - уходи,
Не путайся у славы молодых.
А я ведь понял, для кого идут дожди,
Я мог бы, но не слушают седых.
Настанет день, но вряд ли я пойму,
Что он настал, что надо уступать.
Свой бледный след в поход другой возьму,
Дабы творить, искать, не унывать.


Поиски
Посвящается жене Наташе

Кричи мой дух, ты долго спал,
Искал в работе идеал,
А идеал был рядом, дома,
Она нежна и так знакома.
Жена, прости меня, коль сможешь,
Перечеркни, что сердце гложет.
Я знаю, виноват, не спорю,
Я прожужжал тебе все уши,
Я говорил: работы - море,
Всё о работе только слушай.
А ты молчала и терпела.
Кричал мой дух, а сердце пело.
Я понял главную ошибку -
Мой идеал - он очень зыбкий,
Всё это только лишь игра -
Конфликты, должности, работа.
Очнулся, вышел со двора -
Огромен мир, и жить охота.

* * *
Напугалась весна, напугалась,
Разродиться дождём попыталась.
Мы смотрели на небо и ждали,
Гром и молнии нас не пугали.
Ну а после весны было лето,
Только солнце спряталось где - то.
Чего ждали, того избежали,
А вот души замёрзли, завяли.
Сколько разных путей и дорожек,
Сколько разных тропинок у нас,
Помоги же нам, боже, быть строже,
Лишь к себе, а не к тем, кто за нас.
И тогда будет песня допета,
И тогда будет осень с зимой,
Будет самое тёплое лето
И весенний дождь проливной.

* * *
Желаю сотню пожеланий,
Желаю счастья меры две,
Желаю по дорожке ранней
Туда, где свет горит в избе,
Где у застольного собранья
Полны надежд и ожиданья,
Где пир горой под Новый год
И возле ёлки хоровод.
И старый Дедушка Мороз
На паровозе слух привёз
О том, где был, о том, что пил
И что мешок в гостях забыл.


* * *
Богатый сытость не оценит,
А бедный и подачке рад.
Богатый ум от лени ленит,
А бедный лишь умом богат.

* * *
Я роль учил, она меня терзала.
Покой. Но нет покоя мне.
Во сне я слышал выкрики из зала,
Они, как плётки били по спине.
Я извивался, боль превозмогая,
Читал свой монолог, но голос мой,
Как снег, на раскалённой печке тая,
Исчез совсем и я стою немой.
Тут свист, проклятья, гул неимоверный,
Предмет, какой - то мне в лицо летит
И запах от него исходит скверный,
И до чего - же неприглядный вид.
Я закричал, и голос мой вернулся,
Я закричал, отчаявшись совсем.
И с этим криком на устах проснулся
Не посрамлённый, не испачканный никем.


Грешники

Ты большой человек, а я маленький,
Я такой незаметный червяк,
У тебя подбородочек сальненький
У меня метр кожи в обтяг.
Ничего я от жизни не требую,
Разве выпить и закусить,
Даже шипром, поверьте, не брезгую,
А коньяк твой не стану глушить.
И сигары твои мне до лампочки,
И индюшка твоя на тарелочке,
Не нужны мне халат твой и тапочки
И твои постоянные девочки.
Смертны все. Ты блаженство вкушаешь,
Но придёт час расплаты, придёт.
Знаю я, на тот свет не желаешь,
На том свете котёл тебя ждёт.
Вот тогда мы с тобою сравняемся,
Вместе будем вариться в котле,
Но в грехах даже там не покаешься,
Даже там, что уж здесь на земле.

***
Коли жизнь игра
Что нам час иль день,
Я толпы сестра,
Ты толкучки тень.
Поломаем брейк,
Вспомним старину,
Двигайся как я
В уголок к окну.
Что не говори
Шум, ну как в пургу,
На моей груди
Размечи тоску.
Ты сегодня мой,
Мой партнёр на час,
Дискотечник злой
Крутит дрянь для нас.

Интервью
У судьбы на краю
Корку хлеба жую
И счастливее нет человека.
А иной весь в фирме
Только кажется мне,
Что он самый несчастный калека.
Вечно хнычет: квартиру, машину хочу
И зарплату большую - большую.
Умирает: я в Сочи опять не лечу,
Как дурак по боржоми тоскую.
И не знает чудак и не ведает,
Что счастливее всех на земле,
Тот, кто коркой случайной обедает,
Тот, кто спит крепким сном на золе.

***
Заблудившись в лабиринтах формул,
Взирал математик с сожаленьем
На таинство досок чёрных,
Где мелом написано уравненье.
Он видел в них бесконечность вечности
И равенство двух точек на плоскости
И сиюминутность быстротечности
И невежество нашей косности.
А ведь в формуле рождается заново
Сотворённый и расстроенный мир,
А ведь формулой было зарево,
В котором купался кумир.
И многие тысячелетия
Виделись в процессе поисков.
Так математик познал последнее
Уравнение своего достоинства.
Он смог разглядеть между делений,
То, что он непревзойдённый гений.


Проблемы
Годы бегут, годы уносятся,
Смерть отставанья на миг.
На запоздавшего дьявол набросится,
Маленький чокнутый псих.
Смотришь вперёд, а фортуна уляпалась,
Смотришь, и нету её,
Жизнь от тебя, прокажённого спряталась,
Словно в горах мумиё.
То, что вчера было скукой и пошлостью
Кажется алым цветком,
Запах духов женской роскошности
В горле застрял, словно ком.
Чёрная метка твоей неразумности
Нагло взглянула в глаза,
С полом другим у тебя нынче трудности,
Точнее одни тормоза.


* * *
Затуманен свет, а без него, как в бане,
Не найти удушенному дверь.
В лапоть правду обувает Ваня,
В грязную зарюхавшись постель.
Тёмные квартиры в каменных коробках
И квадратной мыши помело.
Видит правду Ваня после пятой стопки,
Третий Рим и в небе НЛО.


* * *
Гуляет чёрною волной
Разбуженная нами тень,
А нам сегодня всё равно,
А нам вставать с постели лень,
А нам идти куда - то в лом,
А нам бежать, зачем бежать ?
Мы не покинем тёплый дом,
Мы будем брёвнами лежать.

Белиберда

Мне на нос уселась муха,
Вот нашла аэродром.
У меня есть друг Петруха,
У Петрухи всё путём.
Я поймать хотел мгновенье,
Как на зло поймал звезду,
Сочинял стихотворенье,
Получил белиберду.


* * *
Жила - была крыса ехидная,
Что ни сделает, всё на зло,
И прозвище имела обидное,
Такое некультурное - "Западло".
Жила в доме с резными ставнями,
С видом на озеро, метров сто и вниз.
Люди считали себя в доме главными
И во сне видели дохлых крыс.
А крыса грызла пластинки бабушкины,
Закусывая папиным башмаком.
Она не чувствовала за собой вины
И каждое утро был в доме погром.

* * *
Не говорите злых речей
И не желайте зла другому,
Ведь мир огромен, он ничей,
Зачем взрываться по дурному,
Зачем кого - то унижать
И оскорблять и ненавидеть,
Вернётся зло к тебе опять,
А ты не мог его предвидеть.
В тебя с обидою плюёт
Тобою выпущенный разум,
Тебя такое в жизни ждёт,
Такое ждёт тебя, заразу!!!

* * *
В час великой панихиды
По послушному рабу
Не удерживал обиды
На его вдову.
Мысль крадётся: "Отравила",
Падла слёзки льёт,
Чёрный чепчик нацепила,
Чепчик ей идёт.
Сам бы с вдовушкой не прочь
Окунуться в ночь,
Но обида - злая баба
Не даёт помочь
И утешить вдовьи слёзы.
Друг ушёл вчера,
Долелеял свою розу,
А что жизнь - игра.

Глаза

Неплохой банкет намечался,
Я надел костюм новый,
Зубы почистил, прилизался,
Глянул в зеркало - чувак клёвый.
Но тут позвонили в дверь,
На пороге вчерашняя знакомая,
Может мне остаться дома ?
Плоть задышала как зверь.
А да и правда, что я там забыл ?
Вспомнить бы лучше как её звать,
Я у камина её усадил,
Я смотрел ей в глаза,
Которые что - то хотели сказать.


Вопрос

Каждый звук - это продолжение мысли,
А мысль ни что иное, как беспредел.
Гранит науки бездари грызли,
А гранит измельчал, когда никто не потел.
Часто касаясь чего - то глобального,
Соизмеряй в пропорциях запасных штанов,
Не высказывай мненья нейтрального
Нейтралитетом мычащих коров.
По касательной бумерангом слова
Зацепишь женщину, пеняй на себя.
Чувства в мысли рождённые снова
Иной раз неприлично знобят.

Верный

Верность - великое таинство,
Сущность вне тебя самого,
Образов чувственных равенство,
Праведности торжество.
Верный уже ль несгибаем?
Кто он? Светила луч?
А может эгом бросаем
Для разгона публичных туч,
Лишь так, чтоб показаться,
Вот, мол, каков я, пуп,
Но пупам не дано развиваться,
А у верного избранный путь.
Может ты один из верных,
Отзовись, хотелось бы знать.
Если моя жизнь - это нервы
И если ты в городе моём,
Каково тебе в среде скверны
Путеводным быть кораблём?
Скучный выходной

За спиной чужие тени,
Под ногами пустота,
Прочитают в откровенье
Жизнь распятого Христа.
Вавилонские руины
Спать спокойно не дают,
А мы вылепим из глины,
То, что верою зовут.
Не гоните люди беса,
Ваш туманный Альбион
Освещает круто пресса,
Что равняется на Бонн.
А у нас американцы
Кушать нечего опять
Подустроим танцы - жманцы,
Чтоб весь мир переплясать.
То ли воют ветры в куче,
То ли в облаке гашиш,
Я такое отчебучил,
Месяц кушал смачный шиш.
Ну, дела, куда деваться,
Тени чьи - то за спиной,
Жизнь бездомного паяца
Это целый выходной.
На клинке букет мимозы
Дышит свежестью помад,
Подустал поэт от прозы,
За свой счёт нарезал в ад.
А в аду, как в магазине,
Те же тени за спиной,
Чьи то рожи на витрине,
Больно скучный выходной.


* * *
Начерти таблицу Менделеева.
Слабо без подсказки?
Что - то ты стал рассеянный,
Человек в маске,
Что - то детские шалости
Тебе как комок в горле,
Нет объясненья усталости
После просмотра порно.
Обрюзгшие лица - плахи,
Выраженья смертельной скуки,
Делаем дружно взмахи,
Берём себя на поруки.
Катится кубарем карьера,
Не хнычь дурачок - радуйся.
Хорошо быть первым,
Но подняться с колен сладостней.

* * *
Подарю тебе солнышко в кошёлке,
Пусть освещает дом вечерами,
Старушки на лавочке примолкли,
Я то знаю, следят за нами,
Мы тема ихнего разговора,
Я, солнышко моё, и ты,
Мы частица большого хора,
Хора, в котором восседают мечты.

* * *
Дальняя сторонка как - то позвала,
Золотом манила, челюсти свела.
Месяц добирался и пол года рыл,
Грязи наглотался и её добыл.
В фермеры подался, ну и поделом,
За коровой бегал, за её хвостом.
А корова - ноги, словно реостат,
На востоке роги да мясистый зад.
Так и проживаю, наперекосяк,
То за Бима лаю, то курю косяк,
То за юбкой новой волочусь с ранья
Голый, в шляпе клёвой, как же это я!


***
Где мама моя, я голос лишь знал.
Учёного зря понапрасну склоняют,
От этого крика он в горы бежал.
Сидит теперь там и к своим не суётся,
А те уж привыкли и солнце им всласть.
Но как в самринянской песне поётся -
Уж лучше удрать, чем под гнев наш попасть.
Учёный Фурукул сделал доброе дело,
Потратил корзину чистого мела,
Теперь дожидается смерти в горах,
Совсем уж от трав и кореньев зачах.
Но как же спасти столь великого мужа,
Он так далеко, никому он не нужен.
Но что ж случилось, вижу блики
И весть правдивая с высот
- По предсказанью Эвредики
Был предан пыткам звездочёт.
Она вершительница права
И жрица храма Санназар,
Чтоб продлевать величья славу
Ввела служенье в страхе кар.
Боятся люди Эвредики,
А ей кровавой власти мало -
Куда - то в небыль скрылись блики
И в лабиринте тихо стало.
Юнец от старца ждал ответ:
- Скажи, почтенный, без утайки,
Неужто правды в мире нет,
За что нас гонят злые лайки?
- Послушай отголосок время
И боль и памяти виденья,
Ведь Эвредика моё семя,
Она ведь дочь моя с рожденья.
Теперь она почти богиня,
Ей ненавистно моё имя.


* * *
Мой разум устал от заученных фраз,
От соблюдения норм и поправок,
Плюнуть бы в общественный унитаз
И построить не пластилиновый замок.
Парадоксов пора прошла,
Мерседесо - долларовые критерии,
А я делаю маленькие дела
И никогда не раскаюсь в неверии.


Большая беда
\ сказка \
Лавина спустилась в долину Умара,
Бежало в другое пространство зверьё.
Стучала лавина о грудь Бальтазара,
Смеялся смельчак и стреляло ружьё.
Лавина же падала, вой издавая
И слышали крик тот с соседних планет.
Была ведь лавина не просто живая -
Владычица мира, которого нет.
Из недр поднялась, попирая устои,
Галактику Зонг, мол, слеплю как комок.
Текла по ручьям, превращая в помои,
Едва поспевая за топотом ног.
Сгубила планеты Кизрем и Энсуни,
Убила на них всё, что можно убить.
И вот она склизкая, выпустив слюни,
Ей жарко от стрел, ей так хочется пить.
- Прости Бальтазар, я уйду в ниоткуда
И больше не буду тревожить покой.
- Молчи, ненасытная мерзкая груда,
Летел сквозь столетия я за тобой.
Мне позывной из Кизрема спустили,
Не будет прощенья столь пакостной гнили.

Галактика Зонго вновь дышит спокойно,
Очистились ливнями даже ручьи.
А мне за планеты погибшие больно,
Кизрем и Энсуни - планеты ничьи.



* * *
Чертоги малого вранья
Перерастут в огромный омут
И ты утонешь в нём, визжа:
"За что? Меня пусть только тронут."
Перейти в начало страницы

Терник
24 февраля 2011 15:46
Сообщение #2


Приезжий
  • 17

Репутация: --
Группа: Гости
Сообщений: 0
Регистрация: --
ICQ:--

ПЕСНИ,
ЧАСТУШКИ


Фестивальная ночь
В дымке чьих - то затей
Пробудившись от сна
Я встретил весну,
Сказал, здравствуй, весна,
Сколько минуло дней
С той поры золотой,
Когда ночь не длинней
Чем звук гитары родной.

Фестивальная ночь - это песен метель,
Это чистых сердец потревоженный клад.
Фестивальная ночь - приоткрытая дверь,
Мой друг, не грусти,
Ты, как не странно, богат.

Среди сотен огней,
Среди дыма костров,
Где - то есть мой огонь,
Жаль что мало в нём дров,
Жаль что песня моя
Горизонт не пробьёт,
Я бы спел для весны,
Пусть меня позовёт.

ПРИПЕВ

Хорошо если есть место встреч и разлук,
Весела твоя песнь, новый мой юный друг.
Хорошо если есть такие друзья,
В чьих душах весна, почти как моя.


Снова падает снег
\ в соавторстве с А. Балашовым \

Снова падает снег, он идёт без конца,
Это лунная ночь посылает гонца.
И нельзя обойти его стороной -
Этот час, этот день, эту встречу с тобой.

.ПРИПЕВ

Я иду по дороге, а вокруг тишина,
Только светит мне с неба золотая луна.
И нельзя мне назад, и нельзя стороной,
Ведь я нужен кому - то за этой пургой.

И даётся нам в жизни немало путей,
По которым идти надо множество дней.
Запасаясь терпеньем, волю сжавши в кулак,
И нельзя стороной, и нельзя абы как.
Припев
Снова падает снег, он идёт и идёт,
Отмеряя наш век белой музыкой нот.
Безоглядки иду по дороге своей,
А дорога моя где - то рядом с твоей.

ПРИПЕВ

Я иду по дороге, а вокруг тишина,
Только светит мне с неба золотая луна.
И нельзя обойти его стороной -
Этот час, этот день, эту встречу с тобой


Тихим стоном
Тихим стоном, медным звоном,
Да бренчанием струны,
Мы пропели диким хором,
Чтобы не было войны.

Мы без голоса, без слуха,
На эстраде нам не петь.
Плюс один - мы все "под мухой",
Я и цензор мой, медведь.

А погода, дрянь такая,
Дождик каплет, не проплыть.
Шепчет лужа, поучая,
Как так можно, столько пить ?
Дёрну пару раз в затяжку,
Горизонт предельно пуст,
Мы родились все в рубашках,
Я и друг мой - грязный куст.

Тихим стоном, медным звоном,
Да бренчанием струны,
Мы пропели диким хором,
Чтобы не было войны.


Эту ночь стоит нам пережить

Эту ночь стоит нам пережить,
Этот двухтысячный стоит нам обмануть,
Белые птицы любви заставляют любить,
Чёрные вороны выели напрочь грудь.

Меньше всего нас тревожит бескрайность полей.
Заперт в тумане вопрос и главный ответ.
Мы живём по законам вчерашних дней
И ничего нового в этом нет.

Ищут безумцы себе своего вожака,
Дабы за ним бежать и не думать совсем.
В небе ночном сгущаются облака
И лишь птицы любви унесут от проблем.

Я такой же как ты, как сто тысяч я,
Я такой же, ничем не лучше других,
Только я знаю где дорога моя,
Только я выстрадал сердцем каждый свой стих.

Ветер

Ветер. Загнаны года, чёрные стада
Наших с вами дней.
Ветер. В свалке барахла светлые дела,
Горе у дверей.

ПРИПЕВ

Давай найдём себя среди живых,
Покуда ветер в силе, ветер не утих.

Скалы смотрят в небеса,
Как твои глаза, в надежде на покой.
Слушай, ветра голоса против или за,
За смертельный бой.

ПРИПЕВ ТОТ - ЖЕ

Ветер. Пуля в голове,
Письмецо вдове, а прочили успех.
Ветер. Вот и вся любовь,
В жилах стынет кровь,
Истеричный смех.

Дискотека икается

Свет прожектора, томный взгляд,
А ну-ка, пацан, оглянись назад.
Неужто все себе смотрят под ноги,
Ясно, дела твои просто плохи.
Никто не оценит смачный данс,
Вечер впереди, есть ещё шанс.
Брейк, давай тряхнём стариной,
Что не слышу, да, я самый крутой.
Делай как я, чувствуй ритмику звука,
Пришёл в гости, входи без стука.
Девчонки, я парень не промах, клёво,
Одна улыбнулась, делаем снова.
Девчонки, держите руки выше,
Ну что ж, попищим,
О да, я вас слышу.
Ваши сердца бьются с моим вунисон,
Я в ударе, я просто влюблён,
Двигай ногами, двигай телом,
А мы отдохнём пару сек между делом.
Ну что, пацаны, приуныли у стенки
Двигай ногами, выпучив зенки.
Мы на тусовке иль в оперетте,
Бесятся все, как малые дети.
Хотите орать - кричите считалку,
Забыл ее, правда, ну ёлки - палки,
Ну ладно, ну что ж, угорать будем просто -
Давайте считать в небе звёзды.
Какая обида - потолок без дырочек,
Ну что ж танцуем, ноги нас выручат.
Итак, вечеринка для всех продолжается,
А я удаляюсь, мне что - то икается
Меня ждут дома жена и мальчонки,
Смешно вам, правда, намёк очень тонкий.
Я делаю в последний раз попрыгушку,
Путём всё, ещё б пивка кружку
И жизнь была бы почти раем,
Вот так вот живём и так угораем.
Ну что приуныли, понтуюсь я братцы,
Вся жизнь впереди, вам нужны мои танцы.
О да, вы меня поддержали, я слышу.
Грохот такой, эй, кто там на крыше,
Да, похоже, он тоже в угаре,
А ну-ка, танцуем с партнёршей в паре.
Девчонки, ваши парни томятся,
Тащите их в круг, и продолжим танцы.
Танцуем на пузе, на коленях, на спинке,
А вот девчонка, как картинка.
Она явно меня хочет взглядом съесть,
Ну, всё, мне лучше того, присесть,
Я явно пользуюсь нездоровым успехом,
Картина Репина "Он приплыл, я приехал".
Дискотека меж тем для всех продолжается,
Я поехал домой, мне чертовски икается.
С вами хорошо было, это факт, клёво,
Делай как я, я, ну делай снова.

Колыбельная хором

Догорает закат и сегодня не так как вчера,
Все великие песни нашли свой проверенный
круг,
Все великие люди отстроили в ночь купола
И теперь охраняют их от назойливых мух.

И волнуется ветер на крыльях великой любви,
Не нашедших свой купол нельзя нам ни в чём
упрекать.
Ты меня среди этой ночи своей мыслью зови,
Я приду с целым хором, баю - баю тебе
напевать.

Не угнаться за чудом, тщетно ищем попутный
КАМАЗ
И на стыке веков за буйки нам в ломы
заплывать.
Я сегодня увидел сияние преданных глаз,
Что сказали без слов: "А нельзя ли потише
орать?"


Как мне себя не корить

Как мне себя не корить,
Как мне себя оправдать,
Хочется жить и творить,
Чтоб беспредельность объять.
Вот и душа сгоряча
Мечется в поиске дел,
Ищет начало - начал,
Чтоб скрыть свой жалкий удел.

Снова мечтами полны
Реки и даже моря.
Мы выбирать не вольны,
Всё в этой жизни не зря.
Вижу в толпе чей - то лик,
Слышу опять чей - то зов,
Снова ты духом поник,
Нет для тебя светлых снов.
Верую в наши сердца,
Верую в наши мечты,
Вычислен путь до конца,
До самой первой звезды.

Кольцо

Гуляет ветер по твоей щеке,
Застыл вопрос в больных глазах.
Кольцо, как память на твоей руке,
Кольцо твой меч, кольцо твой страх.

И новый день пробьёт двенадцать пик,
Событий выйдет хоровод
И макияж изменит прежний лик,
Но боль твоя в кольце живёт.

И может новая судьба сведёт,
И может новая мечта
Тебя полюбит и в кольце найдёт,
Да только ты уже не та.


Стена

Утро, туман, голубая вода,
Небо, а в небе погибнет звезда.
И ты сегодня не такой как вчера,
Всюду стена, а ты бежишь по прямой,
И не до сна и ты доволен собой,
Пепел вдалеке от костра.

Может забыл, пропустил невзначай,
Где утерял непотерянный рай.
Вряд ли билет на авто тебе расскажет о том,
Вряд ли вчера было так как сейчас.
Сердцу прикажешь, но где тот приказ,
Что не рассорился с завтрашним днём.


Серенада лысой башке

Мне на лысину что - то свалилось,
Никак солнце по лысым прибилось,
Под ударом солнечным таю,
Вдох последний, и я обмякаю.

Положили меня на носилки,
Понесли, как полено какое.
Санитаров мелькают затылки.
Тоже лысые эти двое.

Откачали меня без усилий,
Врач с тоской посмотрел, толь взгрустнулось,
Вот и он почему - то плешивый,
У меня состраданье проснулось.

Захотелось налить ему сразу,
Чтоб путём всё, сто грамм и яичко.
И за лысых, от порчи, от сглазу
И на плешь чтоб не гадила птичка.


Песня по - бу - де - бу

Кто играет джаз, кто рок, а мы по - бу - де - бу.
По - бу - де - бу - такие звуки: бя и му,
По - бу - де - бу почти что чарльстон,
А под нами небо, в небе виснет ерунда.
Эта ерунда нам говорит протяжно: да !
По - бу - де - бу - им наступил на ухо слон.

Эй, красотка, двигай попой, ножками шустри,
С нами в такт по попе хлопай,
Ну-ка, раз, два, три,
И совсем не раздевайся, это ж не стриптиз
По - бу - де - бу почти что старый твист.

По - бу - де - бу, побудем чуть - чуть с бодуна,
По - бу - де - бу - все те кому не до сна.

Ну-ка давайте выпьем по целой реке,
Ну-ка давайте побудем чуть - чуть с бодуна,
Песню споём о гении и дураке.
Гениев нет, дураков у нас до хрена.

Мракофобия

Гранула расколота на тысячу нулей,
Нуль - ничто, апокалипсис идей,
Работа для умалишённых,
Адское семя попало в рожь.
У младенца в игрушках заточенный нож,
Кислород в трубах зловонных.

В вулканической лаве твоя голова,
Руки покрыты ржавчиной.
Ты всё врал и ветер унёс слова
И твой пыл погиб нерастраченный.

Где любовь возникала, родился сор,
Где мечта - одно название.
Ты видел цель, но был слаб напор
И рухнуло недостроенным здание.


Дискотечный бум

Дискотечный бум,
Музыкальный бред,
Задержи свой взгляд,
Оцени портрет.
Танцы до пьяна,
Ритм японских драк,
Значит не до сна,
Отбиваем такт.
Не мечи стрелой
Свой влюблённый взор,
Ты сегодня мой
В мраке синих штор.
Положи ладонь,
Чувствуешь огонь?
Это сердца стук
Пробивает бронь.
Растопи ледник,
Окопай мой след.
Дискотечный шаг,
Пройденный сюжет,
Вышел ты из масс
И в толпу уйдёшь.
Что ж тусовка - класс,
В ней не пропадёшь.
Здесь хиповых нет,
А прикид - стандарт,
Музыкальный бред
Кинул музыкант.
Ну а наш жокей
Прохрипел: "Торчим!"
В лампах тусклый свет
И на лицах грим.


Апрель

Стоит за окнами апрель
В порванных джинсах и плаще,
И с крыши падает капель
И всё путём и всё вообще.
Червонным золотом луга блестят как Евробанк,
А мне вставать давно пора,
Но у меня в подушке танк.
Не в тему муха прожужжит
над самым ухом. Западло.
И Майкл Джексон провизжит в радиоточке,
как назло.
И катаклизмами шурша весь мир взорвётся снова,
Моя прекрасная душа не вынесет такого.
И австралийский кенгуру чего - то крякнет
в это время
И запоёт свою муру необразованное племя.
Дельфин увидит водолаза аж в иллюминатор,
А у тебя четыре глаза, ты наверно провокатор.
Эх, пропадай моя деревня
И путёвка в Арчекас.
А больно косточка уж древня,
Сон дурной и всё за раз.
А встану я, апрель, зараза, ты меня достал.
А мне б сейчас немножко вмазать,
Я бы песню написал.


В порядке мои дела

На четыре стороны да вечный зов,
На четыре угла горе от ума,
На своих часах стоять всю жизнь готов,
Лишь бы были в порядке мои дела.

В небе стая журавлей кричит - пока,
Да катитесь на свой тёплый юг,
Жизнь не поле перейти, а вплавь река,
И один за всех нёс спасательный круг.

У моих часов уже никто не спит,
На моих часах уже время пришло,
На четыре стороны заброшу щит
И буду орать ветрам на зло.

До чего же нынче ночь хороша,
Звёзды падают с небес прямо на грудь.
Год назад хотел пойти не спеша,
А теперь уже назад не вернуть.

Ни о чём

Затуманен свет, а без него, как в бане,
Не найти удушенному дверь.
Ты, бродяга, влез в чужие сани,
Что же ты расхлюпался теперь.
У тебя проблемы на твоих заплатах,
А у них проблемы на всю жизнь.
Белые вампиры - доктора в халатах
Говорят: "А ну-ка, зубки стиснь".

Мука не наука, голоса не омут
И верёвка снится - не бери.
Говорят, что дураки и в ложке тонут,
Встань и морду тряпочкой протри.
Нечего пылиться тебе в самом деле
На протухшем за века тряпье.
Говоришь, что люди - свиньи, надоели,
В зеркало крича лишь одной свинье.


Заросло травой-бурьяном

Заросло травой -бурьяном,
Поросло быльём.
Не отмечено Кораном,
Ведь Корану в лом.
Поле, поле Куликово,
Где могильный крест,
Где над ним зависло слово,

Как немой протест.

Наши предки свою славу
На мечах несли,
По неписану уставу
В бой за землю шли.
Буйны головы сложили
И ногами в рай,
Мы ж, подонки, их забыли,
Поле, ветров грай.
И в бумажнике надутом
Улыбнулся ад,
Скалит зубы пресловутый
Бес, правитель чад.
Роют землю у могилы
Воры наших дней,
Но в могиле только вилы
И рога над ней.
Поле, поле Куликово,
В славе и в огне,
Как волшебная подкова
Снится в чутком сне.
Снится тем, кто видеть хочет,
А не тем, кто спит
И не тем, кто землю точит, словно паразит.


Проводите нас

Жалко расставаться нам друзья с вами,
Сколько дней прошло, не вспоминай,
Не смотри такими грустными глазами,
А лучше эту песню запевай.

ПРИПЕВ

Преподаватели мои, преподаватели,
Вы доброту своих сердец на нас растратили,
И как читали вы контрольные с ошибками,
Так проводите нас прекрасными улыбками.

Улыбнитесь, ведь всё случается,
Ручеёк в большую речку превращается
И гора с горою сходится, случается,
Жаль, что наша эпопея завершается.

ПРИПЕВ ТОТ - ЖЕ

Исповедь чокнутого
Выгребная яма предо мной,
Золотые горы за горой,
Символами кошки говорят
И не понарошку кто - то рад.

То ли ещё будет, снег пойдёт,
Мой скакун до финиша дойдёт,
Выгребную яму обогнув,
Выше носа своего скакнув.

Медальон на пузе, крест во лбу,
Песни в кукурузе про судьбу,
А судьба бежит, судьба спешит,
От себя скребёт аж пыль стоит.

У тебя чердак давно в пути,
Ты, браток, уж чокнутый поди,
Грех в подушку слёзы даром лить,
Надо бы с судьбой поговорить.


Псы

Нам идти без знаменья, без знака,
Или раком пятиться назад.
Ты и я голодные собаки
У стола, где чавкает Прилат.

Души наши в темноте,
Но что-то крякнуло в гнезде.
Так кричала с ветки лихо,
Псы, ату его, ваш выход.

Наше время - вечное страданье
Наши мысли вечные мечты
Вам для псов не хватит состраданья,
Псы на вас мочились с высоты.
Пусть живём мы в темноте,
Но кто-то есть ещё в гнезде.
И покуда там он есть
Не проходит наша спесь.

Нам идти без страха и упрёка
Не советует ни стар, ни млад.
Воровством повенчана эпоха
И для псов готовит тот - же ад.

Только мы уже не те,
Мы давно не в темноте.
Нас в гнездо позвали срочно,
Солнце показали ночью.
Солнце показали,
Солнце показали,
А лизнуть не дали.


А в Америке играют в футбол

Может солнце, может воздух, может вода,
Может крыша свалилась, просто беда.
Ты говоришь что очень рад
Найти подержанный автомат.
Пострелять маленько хочешь,
Дулом пятку пощекочешь.
А - а - а.

А в Америке играют в футбол,
Морда об морду, значит гол,
На трибунах шум и гам,
Там тренируется Клод Ван Дам.
Слышен крик со всех концов,
Слышен вопль храбрецов.
А - а - а.

Старый хрыч сэр Дрейк второй
Был в гробу одной ногой,
Но попасть боялся в ад,
Был дедуля трусоват.
Потому, когда грешил
Бога он вот так молил -
А - а - а.

Что - то нам так плохо спится,
Может к яду обратиться,
Говорят хороший яд
Витаминами богат.
Выпей на ночь мышьячка
И пока, пока, пока,
А - а - а.


То ли стон, то ли грома раскаты
(Для студии «Новое время»)

То ли стон, то ли грома раскаты
Сердце чуткое тронули вновь.
То ли звуки печальной сонаты
Под названьем большая любовь.
То ли то, что казалось мне странным
Вдруг приблизилось в алой заре,
Стал любимым ты мне и желанным
С первой буквы в моём букваре.

ПРИПЕВ

Чувства как айсберги бьются в ночи,
В лужах купаются странно звеня
Чувства, укрытые тайной свечи
Вновь оживляют меня.

Может встреча, совсем не случайна,
Может, то постучал в двери рок.
Ты моя нераскрытая тайна,
Симпатичный такой паренёк.
Ты моё провиденье и вера,
Ты родник бесконечной любви.
Пусть засветит мне счастье Венера,
Лишь за плечи меня обними.


Когда на небе звезда загорит

Когда на небе звезда загорит,
Солнце уйдёт в тень,
А если солнце на небе сидит,
Торопись, это твой день.
Не жди пощады, когда над тобой
Камень, упавший с гор.
А тот кто в омут нырнул головой
Главного не видел в упор.
Не задирай нос никогда,
Люди тебя не поймут,
Не плюй в колодец. Питьевая вода
И есть место где её ждут.
А ты всё сам по себе, в грязь упал,
И обходит народ стороной,
Лет в семьдесят ясно так осознал,
Что главного не щупал рукой.
Лежит спокойно гробовая плита,
Может зря позаботился впрок.
А что до песни, то строчка не та
И не тот в ней, придуманный слог.

Когда на небе звезда загорит,
Солнце уйдёт на покой,
А что до сердца, то зря не болит,
Но главное - на месте не стой.
Чего шумит народ у крыльца,
Может забыл чего тут,
А хорошо бы начать всё с конца,
Пока не закончился суд.
Пока горит на небе звезда
И некем её заменить.


За окошком белый дым

За окошком белый дым, мне он кажется седым,
За окошком чей - то сон, он в сетях со всех
сторон.
То ли осень впопыхах потеряла стыд и страх,
Бьётся об моё окно листьев жёлтых домино.
Не вином прохожий пьян, неспроста поёт баян,
Неспроста кричит сова, дождик льётся с рукава.
Это осени дитя прошептало нехотя,
Ухом я к окну приник и ловлю прекрасный миг.

ПРИПЕВ

Босиком по траве, да по земле сырой,
По высоким ковылям ходит спорит осень да
сама
С собой, да с эхом спорит по утрам.
Эх, выпить что ли двести грамм да с непоседой
пополам.
А ну-ка, мать честная, грязь, заходи, на стулу
влазь
Уважь, и будет всё путём, под столом весь
мир найдём
И я засну, а ты уйдёшь и, попрощавшись,
мне споёшь.

По-крестьянски напьемся в складчину

Раскрасим краской чёрные волосы,
Да крест нацепим, круто с крестом,
Да почитаем газетку в три голоса
И запоём, когда грянет гром.
Втроём, ты и я, и снова я,
Да выйдем в поле гулять, не работать,
В затылок ветер, а нам наплевать.
Что ль на троих Столичную сфотать
И всю природу вокруг облевать.
С рожденья брошены, кем -то потеряны,
Панк - рок великой когда - то страны.
В губе серьга, прикид немеряный,
Сыны последней холодной войны.
А жизнь как сон, века отмерены,
Проснёшься в пекле, вот так отпад.
На чём стоим, да в том не уверены,
Гори душа, спасай свой зад.
А ценности давно поутрачены,
Да образами завален кордон.
Мы ж по-крестьянски напьёмся вскладчину,
И грязь не в грязь, поклон не в поклон.

Четыре ствола

За воротами четыре ствола
Закопаю и часа своего дождусь,
А кто скажет, что жизнь не права,
Я по воле своей головой в стену бьюсь.
Пуще вороны над погостом кружат,
А плевать на всё, я средь вас одинок.
На полшага вперёд и ни шагу назад,
А куда бреду, вряд ли ведает бог.

Верный страж земли не допустит лжи,
Зло да на спине тягостно носить.
Не был я святым, я в уме грешил,
Наяву страдал, наяву любил.
Сколь предателей мать - земля родила,
За их души я от души помолюсь.
За воротами четыре ствола
Закопаю и часа своего дождусь.

Ну и мир вокруг, муравейник зла,
На песок судьбы не поставлен крест.
У меня в крови не нашли тепла,
Червь порочных грёз мои мысли ест.
А тропа любви сором поросла,
Сколько вражьих ног грохотом в ушах.
За воротами четыре ствола,
Жахнуть что - ли с них на свой риск и страх.

Город

Город тихо скажет мне - здравствуй,
Тихо скажет мне здравствуй,
Блудный сын, ты пришёл.
Знаешь, ты покинул напрасно,
Ты покинул напрасно
Дом, где рос малышом.

ПРИПЕВ

На улицах свет, а в доме моём
Холодный сюжет, поросший быльём
И нету сюжету тому продолженья,
Застыло мгновенье, мгновенье.

Сяду у большого фонтана,
У большого фонтана посижу как тогда.
Жизнь вернулась так странно
И со мною нежданно приключилась беда.

ПРИПЕВ ТОТ - ЖЕ

Город, ты прости меня, город,
За ночные походы да за длинным рублём,
Знаешь, я ведь был тогда молод,
Я ведь был тогда молод,
Сто смертей нипочём.

Ветер славы

Ты мой ветер славы, а я твой парусок,
Стиль всей моей жизни - срубить тяжёлый рок.
И я с тоскою смотрю, как слюнявят пустоту,
Она мне, право, ни к чему, но кто – то
тянет за узду.
Кто - то думает наивно, что я упаду
под "Звуки му",
Кто - то думает наивно, что я упаду.

Ночью, просыпаясь в холодном поту,
В погоне за светом я всё сползал в темноту.
Чужие тела в чужих постелях не дела,
Но в этом была чья - то музыка,
что драйвом в нервах шла.
И пилою по мозгам всем тем, кто тыкал нам,
И пилою по мозгам.

Ты мой ветер славы, а я твой мотылёк,
Шагая по жизни не разбирая дорог.
Врубая свой "фус" я истерично орал,
Но что - то не заметил, как кто - то пролетал
И сказал мне тихонько с высоты
своих небес - какой ты балбес.
И сказал мне тихонько с высоты своих небес.

Холмс

Я веду по авеню полудохлую свинью.
Знаю, Ватсон с Бейкер - стрит
На неё имеет вид.

ПРИПЕВ

Ап - пап пап пап пабу ба чух - чух.

Холмс окурок приподнял
И портрет обрисовал,
Лейстред пробовал на вкус,
Съел улику, вот конфуз.

ПРИПЕВ ТОТ - ЖЕ

Дом горит и дым идёт,
Миссис Хадсон кофе пьёт,
Ватсон, взмыленный как конь
Тушит брюками огонь.

ПРИПЕВ ТОТ - ЖЕ

Холмс над пропастью завис,
С оптимизмом смотрит,
Мориарти же в аду
Чешет чёрту бороду.

Чёрная орда

В ясном небе ясный сокол
Пролетал, да прошмыгнул,
Мы смотрели недалёко,
Пока ветер в спину дул.

ПРИПЕВ

Ой, да непонятная воронка,
Ой, да в мыслях чёрная орда.
Мы кричали очень громко,
Мы кричали очень звонко,
Мы смотрели в никуда.

Грозный демон перепада
Перепрыгнул через мост,
Носом рылись мы у клада,
А наткнулись на навоз.

ПРИПЕВ ТОТ - ЖЕ

Древний камень канул в лету,
А на нём священный слог -
Хорошо там, где нас нету,
Где нас нету, знает бог.

ПРИПЕВ ТОТ - ЖЕ

На траве, на мураве

На траве, на мураве, на пологом берегу
Да лежит тяжёлый щит
И колчан с одной стрелой,
А поодаль молодец бездыханный, неживой,
Ветер кудри шевелит неузримою рукой.

ПРИПЕВ:

Бой - бой, а - у - а - у, эве, бой - бой.

Ветер кудри разбросал, небо пламенем зажёг
И легенду рассказал всем кто слышать её мог.
В той легенде нет обмана,
в ней печальная судьба,
Стонет сквозь века как рана трубным гласом,
как труба.

ПРИПЕВ ТОТ - ЖЕ

На траве, на мураве возле вражеских границ
Было дело по весне в ярких отблесках зарниц,
Было дело, да прошло, только память не при чём,
Воровали под седлом, погибали под мечём.

ПРИПЕВ ТОТ - ЖЕ

И взлетала булава да клонилась голова.
Так сошлись добро и зло, злу, увы, не повезло,
Только стаи воронья были умершим друзья.

В траву упала синяя птица

Нет у мечты краёв, она бескрайняя,
Если не злые помыслы её влекут,
В траву упала синяя птица печальная,
Это твоя судьба уходит на божий суд.

ПРИПЕВ

Что не говорило сердце, скажет небо,
Что не разделили там, разделят пополам,
И голодный там наестся вдоволь хлеба,
Жаль, что это будет только где - то там.
О, земля непокорная,
Волей - волюшкой вскормлена,
Ты прости неразумных нас,
В последний раз.

Нет у мечты краёв, она бескрайняя,
Крылья даются всем, попробуй улететь.
В траву упала синяя птица печальная,
Это твоя судьба, но не стоит её хотеть.

ПРИПЕВ ТОТ - ЖЕ

Серебром оплачена белая твоя рука,
Трудно одураченным, ещё хуже дуракам.
Искажает злобою твой прекрасный добрый лик,
Ты была особою, а сегодня боевик.

ПРИПЕВ ТОТ - ЖЕ

Иерусалим

Месяц перевёртышем, звёздный след
Пооставлен дивным конём,
А гусляр ударил по струнам лет
И с небес послышался гром.

ПРИПЕВ

Но знаю точно, в этот миг
Один блаженный прокричал: "Поспим",
И град возник как мутный лик
И я узнал тебя Иерусалим.

Шёл Христос по бережку налегке,
Колосилась рожь за спиной,
Нёс он веру в слове, а не в мешке,
Крест рубил завистников рой.

ПРИПЕВ ТОТ - ЖЕ

До России верою промощу,
Чистотой усею свой путь,
Среди лжи росток я один сыщу,
В том ростке увижу всю суть.

ПРИПЕВ

И пусть хоть кто мне в этот миг,
Хоть самый умный прокричит: "Поспим".
Я сам дошёл, я вижу град,
Я узнаю тебя Иерусалим.

Огоньки надежд

То не слухом полнится земля,
То ковыль - трава по мне грустит,
Что ж ты, ясный сокол, прожил зря,
Что ж ты потерял дорогой щит?
ПРИПЕВ
Ой - е, ой - е, о ле ле, ой - ё,
Ой - е, ой - е, о ле ле, ой - е.

Что - то на великие дела
У тебя нет храбрости и сил,
Удаль молодецкая ушла,
Али может ты её пропил?
ПРИПЕВ ТОТ - ЖЕ

А на Руси делов не в проворот,
Да и работы - некогда присесть,
Ведь полынь - трава в жнивье встаёт,
Да и некому скосить и сгресть.
ПРИПЕВ ТОТ - ЖЕ

Не грусти высокая трава,
Не шуми листвою старый бор.
Дай расправить плечи мне сперва,
Я не жил, а спал ведь до сих пор.

А теперь меня не удержать,
А теперь меня не приструнить.
Мне всей грудью хочется дышать,
Мне всем сердцем хочется любить.
И до полной лямки песнь орать,
До оттяга и до маяты,
Огоньки людские собирать,
Огоньки надежд и чистоты.

Старая задумчивая кляча

Старая задумчивая кляча
Вечером по улице идёт,
Старая задумчивая кляча
Песенку унылую поёт.

И - го - го, и - го - го.

Белый аист в небе пролетает,
Чёрный ворон в небе бьёт крылом,
Кажда птаха песню эту знает
И поёт, как лошадь и - го - го.

Даже в королевстве тридевятом,
Где - то аж за тридевять земель,
Сам король, прослывший ренегатом
Ржёт всю ночь, забравшись на постель.

И на всей планете взрослые и дети,
Бабки, внучки, мышки, кошки,
Таракан, упавший с печки,
Забулдыга на крылечке -
И - го - го.


Душа

Ой, да что ж ты русская душа
загрустила - солнца свет не мил,
Упадёт на озеро слеза, чистотой своею окропив,
В сарафане, вышитом крестом,
девица помашет парню в след,
А земля спала по детски сном, но накаркал
ворон нам побед.
Мать в руках костлявых мнёт платок –
ой, вернись мой сокол, мой сынок,
Горем словно красится восток и восход
для сердца - чёрный рок.
Русичи уходят не спеша, лишь мечи
булатные звенят,
Женщина качает малыша, воротись
живым домой, солдат.
Поле бранно - копья да мечи,
вороны галдят наперебой,
Русич весь израненный лежит, сын земли
и верный часовой.
Приподнимет раненный главу,
вкус победы горек, вот беда,
А душа поплачется в траву,
воин ведь не плачет никогда.
Может, сбудется, а может быть не сбудется,
Нострадамус нам накаркал много бед,
Но пока нам шарик, видите ли, крутится
И причин для опасений явных нет.
И пока на небе солнце светит красное,
И пока в пруду зелёная вода,
Жизнь не так уж муторно - свинно - ужасная,
Как в кино она бывает иногда.
Вольная воля, хмель и застолья,
Щедрость души на поднос,
Меч на приколе, зависть в подполье,
Думы в дыму папирос.

Жизнь студента

Предо мною дверь, а на двери замок,
Грязная подошва топчет порог,
Затушу бычок о косяк дверной,
Отомкну замок и зайду домой.

Оба - оба - на.

Пальцем по стене - выключатель нашёл,
Грязные ботинки сбросил на пол,
Подошёл к столу, на столе пробой,
И зачем я только спешил домой.


Песня

Ой, да я по городу пройдусь пешком,
Ой, да я нанюхаюсь озона,
Будет два часа меня мутить потом,
Буду два часа рыгать с балкона.

Ой, да я на площади да посижу,
Ой, да перед зданием горкома
И корове, что пришла сюда, скажу -
Ты цветы не трогай, ведь не дома.

Ой, да я по городу пошляюся,
Посмотрю на древность, позавидую,
С местными собаками полаюся,
Покажу душу свою открытую.


Жёлтый лист

Жёлтый лист, поговорим без суеты,
Остались только я и ты под проливным дождём.
Ну и пусть грохочет гром, стучится грусть,
Про эту грусть с тобой вдвоём
Мы песенку споём.

ПРИПЕВ

Просто начало и повесть несбывшихся грёз,
Птица во сне кричала, и крик её ветер унёс.
Слышишь, приятель, друг молчаливый мой,
Смотрит с небес создатель в надежде
на нас с тобой.

Жёлтый лист, о чём скажи нам сожалеть,
Мы продолжаем песню петь,
мы продолжаем жить,
Раз и два, мы оба брошены судьбой
И трудно быть порой собой, когда нельзя любить.

ПРИПЕВ ТОТ - ЖЕ


Плевать

Молодёжь семидесятых пьёт свободы яд
В этой своре волосатой девок и ребят.
Кто там увидит стаю обезьян,
Вопли возмущения извергает хам:
Люди, что ж вы смотрите, как хипует мир,
Клёшики на задницу, Элвис их кумир.
Обстригите волосы этим дикарям.
Моралисты чёртовы, аж стошнило прям.

ПРИПЕВ
А нам плевать, что было раньше,
Чей вал историю помял.
Мы на себе мать - землю пашем,
Пока наш труп не завонял.

На дворе восьмидесятых в свалке воет грусть,
Образа мерещатся, дай перекрещусь.
В ряд картины лепятся, в авангардный ряд,
Моралисты чёртовы в тракторах сидят.
Во как разухабились за десяток лет,
Под обвал бульдозера попадёт портрет.
Люди видят демонов в том что не понять,
Им бы всех художников в клетке поздравлять.

Что - же в год двухтысячный
будем бить в тамтам.
Я найду отшельника, никому не дам.
Пусть мне гад достанется, дурость мир спасёт,
Моралисты падалью лягут у ворот.
Мы найдём паломника, скажем: помолись.
Больно всех обрезали, расплодили крыс.
Вспашем землю русскую, в ней добро взрастим,
Повернём историю сами, как хотим.


Странные сны
неизвестного лета

Злобные тени, странные знаки,
Ночь под присмотром луны.
Ходят по небу люди - собаки,
Вижу я странные сны.

Песни - сирены, звуки арены,
Топот усталых копыт.
Люди - собаки идут по вселенной,
Плюя на стерильность орбит.
Злобные тени, резкие звуки
И на планете Земля
Кто-то, у магмы греющий руки,
С криком, что было всё зря.

Дым застилает трёхъярусный город,
В дыме рождается сын.
Старец по паспорту внешностью молод,
Странность грядущих картин.

Люди - собаки роют планеты
В поисках новых начал.
Странные сны неизвестного лета
И лучше б я их не видал.


Мариинская осень
Посвящается жене Наташе

Который раз мы в этом зале с тобой
Видим глаза друзей.
Зал постарел ещё на год,
А ты, мой друг, не стал мудрей.
Ты над гитарой, словно маг у огня
Склонился, и млеешь так,
Что целый мир растворился, исчез для тебя.
Превратившись в вопросительный знак
ПРИПЕВ

А этот знак, всего лишь осень из белых облаков,
А это осень поёт с нами вместе
О том, что каждый отдать за этот миг готов,
Оу-оу-о.
И свет на сцене подгоняет мечту
И ты хочешь снова творить,
Может быть для той, что в третьем ряду,
А может, стоит об этом забыть?
Кто ты для неё, эй, музыкант?
Твои струны не так нежны,
Бери и разбрасывай, плещи свой талант
На нотный стан, где баюкают сны.


Песня

Чайкам - дары моря,
Морякам - хорошей погоды,
А тебе - меня на берегу.
Миру - продолжение истории,
Где страны и народы
Счастье своё в надежде берегут.
Ветру - далёких странствий,
Крестьянину - буйного хлеба,
А матери - сына живого домой.
В праздничном убранстве земля под первым
снегом,
А снег - это надежда на покой.
Детям - весёлых сказок,
Взрослым - прекрасных песен,
Солнышка - для букашек,
В мире, что так чудесен,
В мире, где надежда строит храм.

ПРИПЕВ

И от края земли, до края,
Неужель никто не услышит,
Как кричит мечта и зовёт в полёт,
Ах, что ж это там за стая ?
Ах, кто ж про неё напишет ?
Но мы заняли места
И каждый на месте идёт.

Слеза дождей

В чаще безумных идей заплутает мой след.
Ты на крыльях судьбы и твой путь предрешён.
Что же будет со мной - знает Вещий Олег,
Знает облако снов и провидец слепой.

ПРИПЕВ

Пой, слеза дождей, лучина грёз,
душа любви моей,
Раскрой врата и пусть года
вдруг станут полем роз.

Мелом на чистом стекле нарисуем портрет,
В этом лике узнает каждый себя,
И паяц будет плакать о грешной душе,
А душа от тоски лишь прошепчет любя.

ПРИПЕВ

Наши сойдутся пути в траекториях глаз,
Ты узнаешь меня, может быть в сотый раз.
И весь пройденный путь станет точкой начал.
А наш путь так далёк - об этом кто - то сказал.

Ночь спустилась с наших крыш

Ночь спустилась с наших крыш,
А ты не знал, что сумрак зол,
Что он тебя так запросто
Перейти в начало страницы
 
« · Стихи · »
Поделитесь с друзьями данной новостью в соцсетях:

 Ответить
Обсуждение темы Александр ГОРДЕЕВ. "Вещая струна", Сборник стихов для пользователей "ВКонтакте"

  Сейчас: 20 сентября 2019 04:54